Одесса.

Будущей работе sestra_milo посвящается.

Рядовой день. Приехал в госпиталь, а больные уже из факса торчат. Выдернул пару наугад, начал, как обычно в 7:30, сделал их. На часах 9 с четвертью, перекур, стало быть. На очереди еще трое. Могу полистать истории болезней, повыбирать, пока курю… О! Имя русское – Лидия, хотя с таким именем надо настороже быть, тут тьма черных с таким именем. Ба! Да тут и фамилия русская – Перевозчикова! Беру первой! Тээкс, в возрасте бабулька, но должна быть еще ничего. Звоню на ее этаж, прошу прислать мне бабульку. На том конце провода сначала даже не понимают про кого я спрашиваю. После моих нескольких попыток сказать фамилию “по-английски”, начинают врубаться. Потом короткое замешательство и – не можем пока прислать, переводчик нужен, русский, а переводчика нет пока. Сами ждем. Ухмыляюсь в трубку, говорю – не надо мне переводчика русского, я сам по-русски пока еще разумею. Ой! – говорят на том конце провода, потом, помявшись, слушай…это…а ты не мог бы на этаж подняться…че-то бабка эта бушует, кричит чего, а понять не можем! Похоже, не в своем уме она, ниче никто понять не может. Ага, думаю, как будто, если бы она в своем уме была вы бы поняли чего. Ладно, не баре, поднимемся, поглядим на бабушку. Заодно гляну, может я ее прямо в ее палате “сделаю”.

Выхожу из лифта – точно, похоже, съехала бабушка. На весь этаж раздается – Одесса, Одесса!!! Ну, блин, думаю, влип, очкарик… Напросился на свою голову. Подхожу поближе, сестры меня увидели и давай лепетать, напоминая бандерлогов из Маугли, – ничего не понимаем, не пьет, не ест, капельницу сорвала, таблетки выплевывает, ничего не понимаем, кричит что-то, одежду вон и то всю посрывала и дайпер тоже, ничего не понимаем… Успокойтесь, говорю, братцы, сейчас помаракуем что с бабулькой делать, дайте хоть пройти-то и глянуть на нее. Захожу в палату – Одесса, Одесса… Лежит бабулька голая на кровати дерматиновой, все поскидано, дайпер намокший рядом валяется – Одесса, Одесса! Привет, говорю, бабуля! Бабуля на меня посмотрела – Одесса, Одесса, но уже, смотрю, как-то потише, поскромнее кричит. В города играем, бабушка? Тогда Свердловск, - говорю! Ой, милок, обрадовалась бабуля – ты по-русски говоришь?! Одесса, одесса. Чего одесса-то? - не понимаю я. Одестся, одестся, одетсса, одеться, наконец нормально выговаривает бабуля! Ааааа, одеться, наконец доходит до меня! Поворачиваюсь к сестрам – вы чего, паршивки, бабку морозите, одна у вас одеться просит!!!

Бабуля дайпер обоссала, мокро ей стало, вот она и посорвала с себя все, а потом замерзла. Выхватила сестра сухой, одевает ей с опаской. Смотрю, в кайф бабушке стало. Ложись, говорю, бабуля, отдыхай. Откинулась она на кровать и опять завыла – холодно, холодно спине! Лора, постели ей под спину, прошу. Постелили. Совсем бабуля повеселела – есть, есть хочу! Поворачиваюсь к сестрам, а у меня там за спиной в дверном проеме уже как зрители в цирке – надо же, вот пришел Тим и бабулю на непонятном языке совсем утихомирил! Чем стоять, говорю, давайте кормите бабулю! Так она есть не хотела – предлагали! А сейчас хочет! Подвинули завтрак, бабушка осмотрела – это чего, спрашивает? Каша, говорю. Манная? Поглядел в тарелку – хрен ее разберешь какая. Не знаю, говорю, бабушка, но ты ешь. Ага, говорит, попробовала, выплюнула и мне с укоризной – а вот ты знаешь, милок, еда она вкуснее бывает, если она теплая. Ну и что мне теперь, объяснять бабушке, что когда ее пытались кормить, она, еда эта, горячая была?! Уж, говорю, бабушка, какая есть, ешь. Соли в каше нет, пресная, сахару надо, масла – не унимается бабуля. И теплая нужна! Блин, думаю, взял у нее же с подноса сахара, соли, масла, все всыпал, размешал – ешь теперь. Попробовала, вот теперь, говорит, лучше, только все жаль, что не теплая.

Тут Лора ко мне со спины – Тим, ей три таблетки скормить надо, помогай! Делаю морду счастливого идиота, поворачиваюсь и докладываю – тут, бабушка, тебе вот три таблетки есть велено. Это какие же? – хозяйским голосом интересуется, - кто дал? Женя? Он что – тут был? Ощущаю себя, как Жеглов, в потемках – да-да, Женя, ты таблетки-то глотай. Он был тут? Был-был! – говорю - зашел, втихаря на тебя глянул и пока что куда-то ушел – занят очень. Сказался, что снова придет на тебя глянуть, ешь пока что таблетки. А какие? – не унимается бабуля. Поворачиваюсь к Лоре – какие таблетки? Вот эта – аспирин, говорит Лора. Я к бабушке – вот аспирин, кушай его. Аспирин – очень плохая таблетка – безапелляционно заявляет старуха, я его есть не буду, я сама фармацевтом в молодости была, не обманете! Я говорю, - сейчас аспирин другой стал, полезный, надо его съесть. Бабуля долго его разглядывает, потом засовывает его так далеко себе в рот, что меня чуть не выворачивает от позыва ее рвотного. А бабуля ничего – запила, дальше на меня смотрит. Сестры сзади стоят, рты открывают, как ребенка с ложки сами кормят. Одна таблетка ушла – все вздохнули с облегчением. Подают мне вторую, я ее бабуле, та уже было в рот положила, все сестры опять дружно сглотнули и вдруг вынимает ее назад – не буду эту есть, она большая больно! Ой, блин и смех и грех…

Накормил бабулю едой и таблетками, совсем бабушка захорошела, стала мне про семью докладывать. Вот есть у меня две дочери, одна добрая да хорошая, а вторая – злая, как змея подколодная. Ой, ты дочь мою ночью тут не видал, была она? Я, сообщаю, бабушка по ночам не работаю. Аааа, ну ладно, так вот… Какой хороший язык русский – вот все тебе рассказать могу, не то, что этим. И снова идет рассказ про дочерей. Сестры на меня молятся и успевают бабульке электроды пришпандорить, да кардиограмму снять. Потом сообщают – скажи ей, надо анализ крови взять. Сейчас, бабушка, к тебе за анализом крови придут, докладываю. Не дам крови – озлобилась бабка. Они мне гады больно делают, тычут в руку иголкой подолгу. Так им кровь взять надо, они и тычут, они боятся, что у тебя инфаркт может быть. Ой! - начинает верещать бабка, - боюсь инфаркта!!! Вот видишь, - говорю,- надо кровь сдать, раз так. Уломали бабушку, взяли кровь. А Женя еще не приходил?- опять интересуется. Нет, не был пока, занят все еще, - продолжаю гнать я. А ты не знаешь – он кто? Вот те и на! Влип. Как это кто? – тяну резину я. Ну, он врач или санитар? Да я и сам точно не знаю, бабушка, но думаю, что врач, - на санитара-то я точно не соглашусь. Еще медбратом ладно, а из санитара или врача уж лучше я ей врача выберу, а то не приведи господи санитар ее лечит окажется.

Потерял полтора часа на бабулю, все бабушке сделали, кроме моего УЗИ – отменил доктор Вильямсон, козел. Зачем, спрашивается, назначал утром?! Напоследок она еще разок меня спросила – а ты не знаешь я что ночью делала?! А я, говорю, бабушка, на провокационные вопросы не отвечаю. Да и как мне знать что ты делала, я ж тебе говорил – не работаю я по ночам. А может в ночную перейти, а? Как думаешь, mustafa?

(©) tima - использование текста (кроме ссылок на него) требует согласия автора