![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Сегодня 64 года. Моя соседка.
Jun. 22nd, 2005 07:38 am"До фронта добирались долго, окружными путями, прячась от постоянных бомбежек. Были страшные морозы, люди мерзли и голодали. Питались, в основном, сухим пайком и только изредка по ночам на узловых станциях кормили горячей пищей. В эшелоне было всего 3 женщины на 1000 человек: я – врач и 2 медсестры, окончившие 2-х месячные курсы...
...Шли страшные бои на Курской дуге. Хорошо помню, как мы вошли в Орел. Город был совершенно разбит, а на улицах стояли виселицы с казненными фашистами людьми. Я работала в прирельсовом приемнике, принимая «летучки» с ранеными. Нетранспортабельных умирающих или умерших снимала с поезда, а остальных отправляла дальше, т.к. близлежащие госпиталя были переполнены. Летучки не успевали доезжать до госпиталей, их бомбили. В Орле мне впервые в жизни пришлось ампутировать ногу молодому бойцу, у которого была газовая гангрена. Оперировала в ужасных условиях, при свечах, но, к сожалению, это его не спасло...
...У раненого сильно разбито бедро. Я наложила шину, проложила толстым слоем ваты, чтобы было не так больно, и перевязала. И вдруг он случайно задел рукой и опрокинул на себя горящую плошку. Вата тут же загорелась. Как я испугалась, что сейчас он сгорит заживо, пыталась потушить руками огонь, но ничего не получалось! И тогда я просто легла всем своим телом на огонь и только так смогла потушить. Столько лет прошло, а у меня до сих пор перед глазами картина горящего на моих глазах солдата, а он еще пытается мне помочь сбить огонь, и успокаивает «Не бойся сестренка, все будет хорошо!», и мой белый обгоревший халат...
...В Лодзи я общалась с людьми, спасенными нашей армией в Освенциме или чудом уцелевшими в Лодзинском гетто. Видела матрасы, набитые человеческим волосом, абажуры и переплеты книг из человеческой кожи. В Лодзи гетто было разрушено, но сохранились мосты – переходы над гетто, чтобы немцы могли передвигаться по городу не касаясь еврейской земли...
...я познакомилась с евреями, выжившими в Лодзинском гетто, они рассказали мне о том, что им пришлось пережить. Помню, что меня поразило - они открыли футляр из-под скрипки, а там, на красном бархате выстроен точный макет гетто!..."
...Шли страшные бои на Курской дуге. Хорошо помню, как мы вошли в Орел. Город был совершенно разбит, а на улицах стояли виселицы с казненными фашистами людьми. Я работала в прирельсовом приемнике, принимая «летучки» с ранеными. Нетранспортабельных умирающих или умерших снимала с поезда, а остальных отправляла дальше, т.к. близлежащие госпиталя были переполнены. Летучки не успевали доезжать до госпиталей, их бомбили. В Орле мне впервые в жизни пришлось ампутировать ногу молодому бойцу, у которого была газовая гангрена. Оперировала в ужасных условиях, при свечах, но, к сожалению, это его не спасло...
...У раненого сильно разбито бедро. Я наложила шину, проложила толстым слоем ваты, чтобы было не так больно, и перевязала. И вдруг он случайно задел рукой и опрокинул на себя горящую плошку. Вата тут же загорелась. Как я испугалась, что сейчас он сгорит заживо, пыталась потушить руками огонь, но ничего не получалось! И тогда я просто легла всем своим телом на огонь и только так смогла потушить. Столько лет прошло, а у меня до сих пор перед глазами картина горящего на моих глазах солдата, а он еще пытается мне помочь сбить огонь, и успокаивает «Не бойся сестренка, все будет хорошо!», и мой белый обгоревший халат...
...В Лодзи я общалась с людьми, спасенными нашей армией в Освенциме или чудом уцелевшими в Лодзинском гетто. Видела матрасы, набитые человеческим волосом, абажуры и переплеты книг из человеческой кожи. В Лодзи гетто было разрушено, но сохранились мосты – переходы над гетто, чтобы немцы могли передвигаться по городу не касаясь еврейской земли...
...я познакомилась с евреями, выжившими в Лодзинском гетто, они рассказали мне о том, что им пришлось пережить. Помню, что меня поразило - они открыли футляр из-под скрипки, а там, на красном бархате выстроен точный макет гетто!..."